Корзина Корзина пуста

k

Августина. Одни на свете

Августина, и вот мы остались одни на свете,
только ветер последних невзгод продувает горло.
Я смотрю на тебя — и не знаю, что делать с этим
разногласием чувств, самовластием страсти и голода.
Ты своим огромным языческим сердцем пляшешь
на моем пустыре одиночества и свободы -
и однажды вот это солнце, в тебе кричащее,
станет тезисом жизни на духовном моем небосводе.
И пускай порой мне хочется вырвать яркое
из своей груди — лечь во тьму и бездонно падать,
и пускай вся поэзия видится мне ремаркой
к твоим ангелам, девочка,
к твоему блаженному аду.
Но когда ты спишь — опускаю к тебе ладони,
словно ты очаг, а я согреваю руки.
И огонь этот никогда не делает больно,
он едва ощутимо струится по коже пухом.
Но когда ты из кухни мирно мурлычешь музыку,
поправляя с улыбкой небрежно-прекрасные волосы -
я внимаю всем телом,
я становлюсь акустикой
всех классических инструментов этого голоса.
Потому что, моя Августина, ничто не значимо
кроме этих мгновений — маленьких, многоцветных,
кроме чутких исканий твоих любопытных пальчиков…
Потому что всегда мы были — одни на свете.

Аль Квотион