Корзина Корзина пуста

k

Частности

Самый простой способ добиться оригинальности — избегать вечного. Чураться истин, утвержденных веками, тех, которые были незыблемыми до тебя и будут после. Обходить стороной великие мысли человечества, оглашаемые снова и снова в разных обертках, актуальных для текущих времен. Сконцентрировать свое внимание на частностях, на уникальных эпизодических фрагментах жизни, неповторимых и тем всегда интересных. 

Если ты встанешь в центре площади и с одухотворенным лицом расскажешь о любви к ближнему, будешь взывать к человечности, поделишься выводом, что у каждого своя правда, побрюзжишь о гуманизме и толерантности, то тебе, скорее всего, кивнут и забудут меньше, чем через минуту. Потому что мы уже слышали все это с детства. Много раз. Это стало скучным, а стимуляция скуки — это смертный приговор восприятию информации. Либо же ты можешь встать напротив стоящих на площади моралистов, делящихся опостылевшими мыслеформами, как своими жизненными выводами, и рассказать им сказочку об обществе, больном патологической криптомнезией, обществе, в котором на площади стоят выдающиеся учителя правильной жизни, повторяющие выдающиеся нравственные установки своих предшественников, или выдающиеся бунтари, точно так же повторяющие выдающиеся лозунги бунтарей всех времен и народов. Об обществе, в котором остались неразглашенные частности. 

Частность, в которой популярный рифмоплет и богемный проповедник святой любви Аркадий Сырогуб, заканчивая свои великие дела, возвращается домой и стучит кулаком об стол, размышляя о молодых адептках и доказывая жене свое право на промискуитет. На следующий день тайком встречается с одной из тех наивных одиноких девчонок, поверивших в неподкупность и достоинство красивых слов и красивых чувств. С девчонкой, которая сотрет с лица сперму своего очередного идеала, как стирала с себя всех своих кумиров, чтобы потом, не дождавшись звонков и продолжений, разочароваться во всем, а через небольшой промежуток времени снова воспылать и поверить во что угодно. 

Частность, в которой, не требуя заросшей бородой по яйца философии, установок и лозунгов, сорокасемилетняя учительница младших классов Ульяна Коровяк каждую ночь делит свою постель с найденным на задворках торгового центра, недовыброшенным на помойку, сломанным манекеном без рук, с зияющей на пластмассовой скуле пробоиной. Она называет его «мой милый Андрэ», рассказывает последние новости из школьной жизни, жалуется на коллег и воспитанников, вшептывает в нагретое дыханием безжизненное ухо свои самые потаенные мечты и фантазии, находя в ответ полное молчаливое понимание и одобрение. Каждое утро она возвращается на работу, где ее ценят, потому что она тот редкий человек, способный быстро приструнить орущую ораву малолеток и вставить им в голову единственно верные правила и идеи. Ее досуг — превращать вещи в людей. Ее работа — превращать людей в вещи. 

Частности. Только они сохраняют иллюзию оригинальности. Маленькие бытовые истории, пока еще не прочитанные в сотне книг. Пульс времени, тот самый, на котором стоит держать руку. Правильно и вовремя сказанные детали, в которых залог любой идеологической победы. Просто потому, что навязывание своих выводов другим заочно обречено на провал, каждый должен сделать выводы сам. Сделать их из какой-то почвы. Возможно, из какой-то случайно услышанной бытовой истории, в которой эти выводы напрашиваются сами за себя. Но ведь слушая эту историю, ты делаешь их сам. Никакой манипуляции. Конечно, сам. Только сам. Даже не сомневайся. Даже не задумывайся. Просто продолжай делать исключительно собственные оригинальные выводы. Просто слушай дальше эти истории. Слушай.

Александр Ноитов