Корзина Корзина пуста

k

День рождения

Ну что же, день рожденья. Когда я был ребенком, я радовался этому празднику. Это был Праздник с большой буквы. Радоваться я начинал еще за неделю, проживая ее в состоянии легкой эйфории от будущих улыбок, подарков, свечей на торте. Когда я стал старше этот день начал вгонять меня в уныние. Не потому, что я перестал любить дни рождения, а потому, что знал, что все будет не так, как было в детстве. И те, от кого я хотел услышать поздравления забудут об этом, и мать привезет мне пирожное-картошку, чмокнет в щеку и уедет через десять минут, и я буду смотреть на свое отражение в темном окне, оставшись один. А сейчас… Сейчас я могу позволить себе забыть. Без грусти, без радости, просто так. Забыть, а когда мне напомнят, встретить это привычной полуулыбкой и не обратить внимания. Сейчас мне уже не важно, день рожденья стал просто днем, одним из. Что это значит? Это значит, что я наконец повзрослел? Это значит, что я нашел другие радости и печали? Скорее всего, это не значит ничего. Как не значат ничего поцелуи любимого человека, как не значит ничего усиливающаяся боль в сердце, как ни значу ничего я сам. Я мог бы написать красивый малопонятный пост об уснувшем мире, с которым вместе уснул я сам, в преддверии чего-то большего, чем пробуждение, но этот дневник по хорошему читает полтора человека, для которых это ничего не изменит. Для которых это не так важно. И все останется прежним, и жизнь, и смерть, которые были, я точно помню были, и ставшая привычной полуулыбка, и я, который все чаще ловлю себя на том, что делаю вид. Делаю вид, что мне хорошо, делаю вид, что мне плохо, делаю вид, что живу и умираю. Но соскабливая с себя это, как никому не нужный этикет, я не нахожу ничего. Ни боли и разочарования о том, что было и прошло, ни надежды на лучшее, ни желаний, ни стремлений, ни способности радоваться сегодняшнему дню, ни способности о нем грустить. И это ничего — так же не важно, как когда-то летящее сквозь меня все.

Аль Квотион