Корзина Корзина пуста

k

Где бы я ни был

Где бы я ни был — я буду писать тебе письма.
Я буду писать: у нас смешная погода,
как будто бы летнее солнце уже в архаизмах.
И рельсы моих поездов уходят под воду.
Но я ничего, держусь — учу язык моря,
учу язык рыб и письменность красных кораллов.
Когда закончится воздух — начнется риторика.
А море все ближе — и пахнет мокрым сандалом.
Но я ничего — привыкаю. Смотрю не зрением,
а только пальцами — они уже солонеют.
А знаешь то величайшее оцепенение,
какое бывает перед конечной целью?
Оно как огонь, застрявший в холодном горле,
оно где-то в центре — тяжесть всего горизонта.
А знаешь, как дивно поет своим рыбам море?
Как будто бы ветер дует в столетние кости,
такие пустые, какими бывают люди,
которые каждый мускул в стихи распродали
и стали — темными, пенными, беспробудными,
чьи рельсы однажды уходят прямо под воду.
Как будто бы ветер дует, дует над морем,
и флейтой звучит — не имея ни губ, ни флейты.
Ах да, погода смешная. Такая вздорная,
как будто бы здесь не осталось тепла для лета,
и пахнет — мокрым сандалом, мокрым анисом.
И только море, море меня приветствует.
Так, где бы я ни был — я буду писать тебе письма
и молча смотреть, как в воде исчезают рельсы.

Аль Квотион