Корзина Корзина пуста

k

Мир домашнего

Одиночество — это маленький мир домашнего, 
как единственный. Может, даже слегка придуманный.
Я стою в гостиной и стены гуашью раскрашиваю,
чтобы стены казались большими цветными струнами.
Ведь чем меньше мир, тем больше в нем крайне важного:
чтобы пыль не ложилась в люстры, еда была вкусной,
а во мне осталось место для той дурашливости,
из которой прядутся самые честные чувства.
Но потом приходит мужчина — большой и правильный.
Я ему говорю: посмотри, как в окне игрушечны
эти люди, домики, шум. А на кухне в раковине 
настоящее море, зимнее, белое, вьюжится.
Он проходит мимо, не слышит меня, не слушает,
что ему до того, как за тумбочкой тени шепчутся,
с его взрослой жизнью — огромной, просторной, скучной,
с его твердым шагом и следом размером в месяцы.
Потому одиночество — мелкое, по крупицам:
Дорожу занавесками, яблоком, в детской мячиком
или голым мужчиной на кухне с большими амбициями 
для которого эти мелочи вовсе незначимы.

Алина Лён