Корзина Корзина пуста

k

На крыше

Садись рядом, рассвет сегодня на удивление хорош, смотри, какие теплые оттенки, какой мягкий свет. Садись, я постелю куртку, хотя до этой крыши не достает пыль, тут не бывает людей. Даже птицы не долетают сюда, только рассветы и закаты иногда заглядывают, ложатся разноцветными боками на шершавую черепицу и дремлют в тишине. Садись, я рад тебе. Помнишь, как мы росли? Как мы играли во дворе, вон он, отсюда его видно. Как наши матери звали нас, а мы все не шли, мы все никак не могли уйти с этого маленького дворика, полного игр, из этого залитого солнцем детства. А помнишь, как мы любили? Я прижимал тебя к себе, целовал в шею, гладил ладонями по спине, все искал, где ты прячешь свои крылья. А как я терялся и не мог понять, где заканчиваюсь я и начинаешься ты, помнишь? Наверное, это и значило стать одним целым. И у нас получилось, мы действительно стали им. И исчезли пределы, и пали границы, и горели города. А помнишь, как мы говорили? Я рассказывал тебе все, что знаю сам, мир шелестел декорациями и раскрывался сутью, а твои глаза светились алчной жадностью открытий, в глубине зрачков медленно рождалась вселенная. А я смотрел в них и безжалостно тонул. А помнишь, как мы сидели на крыше, слушали один плеер на двоих и молчали? Но не каждый о своем, а вместе, глядя в один рассвет, прижавшись друг к другу, как двое маленьких детей, потерявшихся в огромном мире. Да, я рад тебе. Потому что и сейчас, спустя столько времени или безвременья путающейся памяти, я все еще могу сказать тебе то, в чем ты, улыбаясь уголками губ, прочтешь то самое «люблю», принадлежащее только двоим, я могу сказать: Я ждал тебя. Садись рядом, рассвет сегодня на удивление хорош.

Аль Квотион