Корзина Корзина пуста

k

Ярость

Я так часто писал о любви, что стало тошно. И теперь я хочу писать о другом. О том, что прячу я под привычным лицом то ли смешливого дедушки, впадающего в маразм, то ли этакого доброго сытого удава. Я хочу писать о том, что порождает подыхающая боль, о злости… нет, не злости, не ненависти, а ярости. Черной, древней, первозданной, бессмертной и бесконечной, родившейся раньше самой первой звезды, о воплощении вселенной, лишенной формы созидания. С этой яростью рождались миры, с этой яростью они стремились жить, с этой яростью они умрут. И любовь, и боль — лишь слабые ее отголоски. Что-то поднимается во мне, разворачивается, сминая душу, мучительно медленно, непрерывно, неотвратимо, неизбежно. Пока еще тенью, намеком, слабым желанием увидеть кровь на своих руках, извращенным, больным упиванием иной стороной красоты, уродством, безумием, тягучей болью этого мира. Не потому, что я что-то ненавижу, не потому, что кто-то может стать причиной. А просто так, без причин, любуясь этой яростью, самой по себе, ее силой, ее чистотой, ее размахом… Ею — во мне. Но почему, почти чувствуя ее, почти находя, почти касаясь, почти сжимая в обьятиях, я вновь и вновь натыкаюсь на страшное молчание пустоты? Заглянул в меня? Теперь закрой форточку, тут и так хватает сквозняков.

Аль Квотион